Затеянная им война на Дальнем Востоке для отвлечения общества от внутренней смуты была последним шагом неудержимого самовластия. 15 июля 1904 г. Сазонов, убивший Плеве, покончил с одной из самых тяжелых страниц русской истории и русского общественного развития. 15-го июля все поняли, что убийство Плеве, при совокупности всех тогдашних обстоятельств, - не есть простое убийство слуги правительства, это - убийство системы.

И мы думаем, что открывшаяся после смерти Плеве "эпоха доверия", дирижируемая просвещенным бюрократом, князем Святополк-Мирским, не является результатом его личных качеств, а актом, неизбежным при любой фигуре: то, что правительство отказалось сделать в 1881 году, оно вынуждено было сделать в 1904 году-под влиянием кровавой демонстрации на Дальнем Востоке его системы управления. И именно то обстоятельство, что тотчас же после убийства заместителем Плеве был выбран не суровый мститель за смерть предшественника, а мягкий, культурный человек, - показывало провал системы, ее осуждение, сознанную необходимость ее отмены. Тот аппарат, который был так искусно приспособлен к системе репрессий, должен был теперь превзойти себя и быстро приспособить свои старые орудия к иной системе обращения с обществом. Но как система репрессий, так и система доверия были всецело достоянием всемогущего Министерства Вн. дел.

На той и на другой лежала печать одной и той же марки: бесправия граждан и произвола власти. Будущий историк не найдет в русской "эпохе доверия" 1904 года ни тени развития и упрочения какого-либо общего права, ни системы общего права, ни системы общего правопорядка, обязательного как для власти, так и для граждан.