Но и другое объяснение причины сталинской радости не соответствует реальности. Дело в том, что только в сталинском воображении существовала та ловушка, в которую, как ему казалось, он, наконец то заманил Гитлера, втравив его в войну с Западом. Гитлер с гораздо большим почтением относился к Сталину, и поэтому знал о нём намного больше и, соответственно, понимал его много лучше, чем Сталин Гитлера. Сталин лишь накануне подписания договора удосужился ознакомиться с книгой Гитлера «Майн Кампф», точнее с переводом нескольких отрывков из книги. Сталинская пропагандистская машина внедрила в массовое сознание советских людей крайне упрощенное представление о Гитлере, как о «бесноватом фюрере», малограмотном ефрейторе и т. д. Гитлер был ничуть не менее последовательным в достижении своих целей, чем Сталин своих. Не известно, перевели Сталину тот отрывок из книги Гитлера, в котором указывалось решение проблемы жизненного пространства Германии за счет покорения европейской части России. Но Гитлер никогда не отказывался от этой цели. Незадолго до подписания германо-советского договора Гитлер сказал комиссару Лиги Наций Карлу Буркхардту: «Всё, что я предпринимаю, направлено против русских. Если Запад слишком глуп и слеп, чтобы понять это, тогда я вынужден буду пойти на соглашение с русскими, побить Запад и затем, после его поражения снова повернуть против Советского Союза со всеми моими силами». И ведь именно так всё и произошло.

Современников вообще поражала последовательность и системный характер взглядов Гитлера, которые не изменились со времени написания «Майн Кампф». В «Застольных беседах» 1940-х годов безошибочно узнаётся Гитлер 1920-х годов. Он всё так же не только верил во всё, что говорил, но и действовал соответственно, и по-прежнему считал твёрдость характера высшей добродетелью (в чем походил на своего старшего «друга» Сталина).