Барри О’Мира так и не смог ничего добиться своими заявлениями об амебиазе и гепатите и был вскоре отозван. Нужна была замена, но на сей раз врач не должен был быть англичанином. 20 сентября 1819 года на остров прибыл доктор Франческо Антоммарки.
Немногословный сорокалетний врач подходил для теперешней работы на единственном основании: он родился на Корсике, как и его пациент. По специальности он был патологоанатомом. Он достаточно быстро осмотрел своего пациента, а потом переехал жить в Джеймстаун, столицу острова св. Елены, и чаще всего оставался там вне досягаемости.
На время Наполеону стало лучше, он даже начал садовничать. Однако в октябре 1820 года последовало новое обострение болезни, и снова причиной были желудок и печень. Наполеон был «бледен как лист бумаги», страдал от адской боли; его рвало кровью. Чтобы вывести дурные соки из организма, Антоммарки ставил ему банки, которые нагревал открытым огнем. К тому же делал он это так неумело, что пациент получил ожоги.
17 марта 1821 года у Наполеона случилось нарушение кровообращения, а его врач в это время сидел в кафе Джеймстауна. К тому моменту, как он пришел, пациент уже оправился и сам. Хотя и ненадолго. 21 марта снова началась сильная рвота, и в этот раз врач уже был на своем месте — и назначил рвотные средства! Это примерно то же самое, что ударить пациента, страдающего от мигрени, кувалдой по голове. Соответствующими были и результаты применения рвотного для Наполеона: он ворочался всю ночь на своей кровати и страдал от жажды. Вдобавок у него началась икота, из-за которой кислота из желудка выплеснулась в рот. Лихорадка и обильное потоотделение еще больше ослабили пациента. Но он снова выжил.