- И вы в таком случае окажетесь соучастником растраты, а, Бассет?

- Мне нужны мои деньги,- холодно сказал Бассет.- И меня не касается, как они будут добыты. Против меня нет никаких улик, а моральная сторона меня не волнует.

- Это я понял,- ответил Мейсон.

- Прекрасно. Значит, мы достигли взаимопонимания. Меня не интересует моральная сторона вашей профессии, а вы не должны судить мою мораль. Я просто хочу, чтобы мои деньги вернулись ко мне. Вы пришли договориться со мной. Так вот, если сестра не хочет, чтобы парень сел в тюрьму, пусть принимает мои условия.

- Эти условия не подходят. Бассет пожал плечами:

- У вас есть время до завтра.

Раздался стук в дверь, и, не дожидаясь ответа, в комнату вошла женщина лет сорока. Она улыбнулась Мейсону и обратилась к Бассету:

- Можно мне поучаствовать в этом, Хартли?

Бассет остался сидеть. Он выпустил клуб дыма, не меняя выражения лица.

- Моя жена,- пояснил он адвокату. Мейсон встал и слегка поклонился:

- Очень рад познакомиться, миссис Бассет. Она с опаской посмотрела на мужа:

- Можно я кое-что скажу насчет этого дела, Хартли?

- Зачем?

- Затем, что я заинтересована.

- В чем именно?

- В том, что ты намерен предпринять.

- Ты хочешь сказать, что тебя интересует Гарри Маклейн?

- Нет. Я интересуюсь этим делом по другой причине.

- А именно?

- Я не хочу, чтобы ты был чересчур жесток по отношению к этой девушке.

- Думаю, что я в этом сам разберусь.

- Можно мне участвовать в вашем разговоре?

- Нет! - холодно и безжалостно отрезал Бассет.

Наступило молчание. Бассет ничем не пытался смягчить свой отказ. Его жена немного поколебалась, а затем пошла к выходу. Но вышла она не в ту дверь, в которую вошла, а в другую, ведущую в соседний кабинет; минутой позже стало слышно, как хлопнула дверь в приемную.

- Нет необходимости продолжать нашу беседу, Мейсон,- сказал Бассет.Мы отлично поняли друг друга. Доброй ночи.