- Молчать! Это нечестно! - заревел ротмистр.

- На все! - сказал Демидов и грудью навалился на край стола, готовясь принять новый поток золота. Банкомет, озабоченно наморщив лоб, крикнул:

- Дана!..

Это был лишь короткий миг. Казалось, кровь замерла в жилах, все напряглось в невероятном ожидании. Пальцы Демидова рванулись было вперед...

- Бита, сударь! - равнодушно закончил банкомет, и его зеленые глаза хищника сузились в щелочки.

Прокофий Акинфиевич утер капельки пота, выступившие на лбу. Словно ветер смахнул прочь золотой листопад...

Но жадность цепко держала Демидова. Он вынул туго набитый кошель и звенящей струей высыпал все дорожные деньги.

- Не везет в любви, зато повезет в картах! - бодрясь, сказал он. - На все...

Офицеры многозначительно переглянулись. Ротмистр воскликнул:

- Что вы делаете, сударь? Счастье повернулось к вам спиной. Ставьте семпелями...

Банкомет закусил зубами чубук, зажег трубку, пустил волнистый клуб дыма.

- На все! - повторил глухо банкомет и метнул...

Прокофий Акинфиевич не мог уследить за движениями его рук. Сердце сжалось. Глубокая тишина снова повисла в комнате. Старичок, не шевелясь, тянулся глазами к столу.

Демидов открыл карты, и все завертелось в его глазах.

- Бита, сударь, - спокойно сказал банкомет, безжалостной рукой он придвинул к себе червонцы.

- Ставьте, сударь, будем отыгрываться! - предложил ротмистр.

- Я все поставил! - упавшим голосом признался Прокофий Акинфиевич. Разрешите в долг!

- О нет! Мы в долг не играем, - строго сказал ротмистр. - Желаете, сударь, испить бокал пунша? Осушите и идите спать!..

Офицер повернулся спиной к Демидову; звеня шпорами, он вышел из горницы.

- Все-с, сударь, игра окончена! - резким голосом проскрипел банкомет и обволокся синим табачным туманом.

- Ах, сударь, я говорил вам! - вздохнул старичок. - И я так же оказался несчастен...