- Полагаю, ты должна доверять мне, - заявил он, усмехаясь и покачиваясь на каблуках.

- Черт возьми.

Он открыл дверь «тойоты», и запах новой машины окатил нас. Потом устроился за рулем и завел двигатель.

– Не думаю, что Кенни собирается здесь позже показаться, - предположил он.

- Не похоже. Джулия живет с матерью. Ее мать работает на ночных дежурствах медсестрой в больнице Святого Франциска. Она будет дома в половине первого, и я как-то не представляю себе картину, что Кенни танцует от радости, когда мамаша здесь.

Морелли кивнул в знак согласия и поехал. Когда его тормозные огни исчезли из вида, я прошла на угол квартала, где припарковала свой джип «рэнглер». Я добыла подержанный «рэнглер» у Скуги Кренски. Скуги обычно использовал его для разноски пиццы из пиццерии Пино, и когда машина нагревалась, то пахла как свежеиспеченный хлеб и соус «маринара». Это была модель «сахара», раскрашенная в соответствующий камуфляж. Очень практично, если я вдруг соберусь присоединиться к армейскому конвою.

Вероятно, я была права насчет того, что слишком поздно для появления Кенни, но решила, что ничего страшного не случится, если я еще поторчу здесь немного и удостоверюсь окончательно. Верх джипа я подняла. Поэтому была не столь заметна, снова сгорбившись в ожидании. Здесь была не столь удобная точка наблюдения, как за кустами гортензии, но для моих целей вполне подходила. Если появится Кенни, то позвоню Рейнжеру по сотовому, я не собиралась в одиночку хватать парня, которого притянули за нанесение тяжких повреждений.

Через десять минут маленький хэтчбак (автомобиль с открывающейся вверх задней дверью – Прим.пер.) проследовал к дому Канетта. Я пригнулась, затаившись на сиденье, а машина проехала дальше. Минутой позже она снова появилась. Остановилась перед коттеджем. Водитель посигналил. Джулия Кенетта выбежала и запрыгнула на пассажирское сиденье.