Друзья прошли вдоль дверей складов, освещенных, несмотря на ясный день, газовыми фонарями. Всюду суетились приказчики в одинаковых передниках из грубой холстины. Они семенили по каменной лестнице с узкими ступеньками, поднимались на второй этаж, стучались в комнату, и дверь им открывала угрюмая служанка.

- Сюда, старина, - пригласил бакалейщик. Лицо его, до недавних пор улыбающееся, становилось все мрачнее и мрачнее. - Ты в моих владениях.

Затем, обратившись к служанке, добавил:

- Мариет, скажите мадам, что я вернулся, и предупредите, что с нами будет обедать мой друг. А пока дайте нам бутылку мадеры*.

______________

* Мадера - сорт вина.

Они вошли в столовую, обыкновенную столовую, какую увидишь в доме любого торговца старого закала, уселись за стол орехового дерева, покрытый клеенкой.

Между тем от взгляда моряка не ускользнула та мгновенная перемена, что произошла в лице его друга, как только он переступил порог собственного жилища.

- Твоя мадера просто восхитительна, - сказал он, украдкой посматривая на бакалейщика, смаковавшего первый стаканчик, - превосходна, божественна!

- Она пришлась тебе по вкусу? - заботливо спросил хозяин. - Дай мне твой адрес, я пришлю целый ящик.

- Благодарю, от всего сердца благодарю. Но, прости, если вмешиваюсь не в свое дело, мне показалось, ты был так оживлен при встрече, а теперь вот совсем сник. Разве обладатель подобного эликсира может грустить?

- Может! Мне душно здесь. Я невыносимо скучаю в этой старой конуре. Ее облупившиеся стены давят на меня. Коммерция? Сыт ею по горло!

- И это в твоем-то возрасте, в тридцать лет!

- В тридцать два, дружище, в тридцать два.

- Пусть в тридцать два. Но что же дальше?

- У меня шестьдесят тысяч франков ренты*, на пятьсот тысяч товара, великолепное имение... Есть ребенок - дочь, которую обожаю. Но все равно лучшие годы жизни пройдут в этом чулане. Если б ты знал, как я мечтаю носиться по весенним полям, ловить летом карпов в Луаре, охотиться осенью в песчаных равнинах Слони и...