— И все?

— Все. А в чем проблема? Тебе этого мало?

— Проблема в том, что пистолет идентифицирован. И этим пистолетом пользовался в позапрошлом году Леший при одном из убийств. А перед этим похитил пистолет у убитого им старшего лейтенанта милиции. Там же, в городском бору.

— Ты меня просто в краску вгоняешь... — сказал я сам себе комплимент.

— То есть?

Вот ведь непонятливое существо! Как же он с такими талантами вообще в сыске держится?

— Если бы я не подогнал чуток ваших олухов, то это так и осталось бы тайной под вековой паутиной. Меня этот опер из района, как его фамилия...

— Кудрявцев.

— Вот-вот, меня этот лысый Кудрявцев долго пытался убедить в том, что он кудрявый, а эксперты, по его словам, настолько сильно загружены, что от работы потеют, а от пота лысеют.

— Козлы... — не выдержал и прошептал майор. А у меня слух, кстати сказать, тренированный.

— Полностью с тобой согласен. Только кто? Эксперты?

— Те, кто работать не умеет.

— Я скромно надеюсь, что ко мне это не относится? — Хотелось услышать из уст мента уверения хотя бы в минимальном уважении.

Лоскутков словно бы не заметил мой вопрос. Таковым, по его мнению, должно быть развитое чувство ментовского такта. Он недоговаривает, а ты понимай как хочешь. Эту его манеру я давно изучил. И точно так же он любил бросать телефонную трубку — чтобы ты словно бы ощущал за собой чувство вины.

Я несколько раз позволил себе повторить его маневр и, кажется, отучил. В последнее время он иногда даже со мной прощается, когда заканчивает разговор.

— Теперь, получается, мы почти параллельным курсом пойдем. Только постоянно со мной связь держи. Ты что-нибудь уже раскопал?

А вот это мне очень даже на руку. С Лоскутковым мы уже несколько месяцев как сработались, и при всей его угрюмости и моей, напротив, легкости характера умудряемся иногда один другому помогать.