— Ну что мы стоим? Пойдемте же в дом, — позвала Ирина Сергеевна.

И я с удивлением отметила, что голос у нее …заискивающий. Без агрессивных нот, свидетельствующих о скором скандале.

«Притворяется», — хмыкнул голос.

— Пойдемте! — повторила клиентка и шагнула в подъезд. Я последовала за ней.

Шагая по лестнице на второй этаж, я все раздумывала о том, что жалко будет с ними ругаться — и мать и сыночек были мне отчего—то чисто по-человечески симпатичны.

…Черт знает, откуда взялся этот кошак. Возможно, просто сидел на ступеньке и размышлял об экзистенциальности. Возможно, шел с визитом к соседской кошке. Но совершенно точно — был он непуганый и неповоротливый, коль позволил наступить себе на хвост.

О, как он заорал, люди добрые…

Как он ринулся прямо мне в ноги, стремясь протаранить преграду и удрать…

А я от неожиданности не успела ничего понять. Только взвизгнула не хуже кота, нелепо отпрыгнула с его дороги, миг — и тонкие шпильки соскользнули со ступеньки, я покачнулась…

«Ма-ма!!!», — пискляво заорал внутренний голос.

… и почувствовала, что падаю навзничь. Нелепый взмах руками, попытка уцепиться хоть за что-нибудь, остановить это падение, смягчить, ибо еще секунда — и мое тело с размаху впечатается в ребристые ступеньки. И они сомнут позвоночник, вопьются в затылок…

Женька успел.

Успел добежать и поймать меня всем телом.

— Ты чего такая неосторожная? — выговаривал он, аккуратно ставя меня обратно на ступеньку.

— Спасибо, — все еще не отойдя от шока, сипло прошептала я. Язык почему-то поворачивался с трудом. Вот тебе и ведьма: если б не этот парень, простилась бы я сейчас с жизнью. А мне помирать никак нельзя. Бакс сиротой останется.

— Спасибо мало, — ухмыльнулся Женька. — С тебя свидание.

— Чего? — воззрилась я на него, подумала и наконец сказала мыслю вслух: — Ты же это… малолетний.