Известно, что царь Федор целиком передоверил управление царством своему шурину Борису Годунову, а, умирая, вдруг... царства ему «не приказал». Обида Годунова и его сестры Ирины была столь велика, что в нарушение традиции они лишили царя пострига и похоронили в простеньком кафтанце, совсем не по царскому обряду. Это самого набожного из царей! =

Почему?

Когда царь Федор преставился, патриарх повелел принимать по всем городам присягу царице Ирине. Польский же лазутчик сообщил оршанскому старосте Андрею Сапеге, что в Смоленске присягали царевичу Дмитрию. 

Чем вызвано такое сообщение?

Как только в Вене стало известно о кончине царя Федора, в Москву пошел наказ цезарскому послу Шилю: «...Не имеет ли незаконный брат Великого князя, отрок, приблизительно 12 лет, по имени Дмитрий Иоаннович, сторонников и не провозглашен ли, или не избран ли в Великие Князья? Не существует ли по поводу того или иного решения вопроса раздора и крамолы?..»

Спрашивается, откуда при Венском дворе проистекала уверенность, что царевич Дмитрий жив, вопреки заверениям дипломатов Годунова о его смерти от самозаклания?

15 мая 1591 года Нагие перебили государевых служилых людей Битяговских, Волохова, Качалова и тех, кто был близок к ним и был вхож на княжий двор. Преступление серьезное, но для XVI века не столь уж необычное. Расправа с Нагими по тем временам не так-то сурова. Допросы, пытки и опала. А вот с угличанами поступили иначе, хотя они были всего лишь свидетелями бунта Нагих; убивать Битяговского и иже с ним помогали казаки, что оказались в тот день на своих стругах в Угличе. Угличан казнили без суда несчетно, резали языки и рвали ноздри. Хлестали кнутом колокол, в который били набат, и тоже сослали. Убивали всякую память о событии.