Незнакомец наклонился и что-то прошептал Гансу Штубу.

- О-о! - только и мог сказать немец.

- Пройдемте, дорогой хозяин, в укромный уголок - нас никто не должен слышать.

Хозяин повел незнакомца на нос, и там, усевшись на бухту толстого якорного каната, они начали тихо разговаривать.

- Нет, это невозможно! - привскочил Ганс Штуб, выслушав незнакомца. - Я не могу это сделать: я честный человек.

- Ганс Штуб, - повысил голос незнакомец, - вашего согласия никто не спрашивает! Мы приказываем вам! Покажите, где мы можем расположиться.

- - Я не обязан выполнять приказы вашего магистра - я горожанин вольного города Любека. Я честный человек. Я буду...

- Мы не привыкли повторять приказания! - надменно оборвал купца незнакомец. - Если вы не хотите добром, то... - Он положил руку на рукоять сабли.

- Если вы сейчас же не уберетесь отсюда, - вскипел Ганс Штуб, - я подниму крик, и русские превратят вас в трупы! Это было неожиданно. Незнакомец размышлял.

- Ганс Штуб, - пристально смотря на морехода, начал он, - в случае успеха весь русский воск вы можете взять себе. А сейчас вы, кажется, собрались уходить в море. И мы не намерены вам мешать.

- О-о!.. - раскрыл рот от неожиданности купец. - Воск я могу взять себе?!. О-о!.. Это меняет дело. Я не могу не выполнить приказа великого магистра - я честный человек... - Поманив за собой незнакомцев, он открыл дверь в небольшую конуру рядом со своей каютой. - Вот здесь, господа.

К вечеру Ганс Штуб умело вывел судно в открытое море. Обходя прибрежные мели, он замечал путь по двум приметным соснам со срубленными вершинами. Благополучно пройдя опасные места, он повернул судно на запад и поднял все паруса.

Судно шло близко от берега, повторяя все его извилины, Ганс Штуб, как и все мореплаватели того времени, боялся потерять из виду берег, чтобы не сбиться с пути. Берег тянулся однообразной желто-зеленой лентой - на желтом песке росли высокие сосны и мелкий кустарник.