Явился Черный на вече не один: позади, на расстоянии копья, следовали бояре, за боярами большой отряд богато одетой, вооруженной с ног до головы дружины. Князь тоже принарядился. На голове - соболья шапка с пурпурной, переливающейся на солнце тульей; поверх вышитого и отороченного золотым позументом кафтана - светло-синий плащ, подбитый красной, как жар, заморской тканью. Широкий подол его стелется по крупу коня, придавая всаднику пышность и величие. Сдерживая играющего под ним коня, Черный разглаживает усы, внимательно и сурово глядит из-под насупленных бровей на возбужденную толпу. Он чувствует настроение веча, однако посылает к нему своих бирючей. И хотя северяне собрались не по воле князя, он велит бирючам кланяться всем знатным, меньшим градским и окрестным людям. - Братья, - восклицает один из бирючей, воспользовавшись минутной тишиной, - князь целует тысяцкого12, шлет поклон... - Хватит! - обрывают его сильные голоса черного люда. - Пусть станет перед нами князь. Мы хотим видеть и слышать самого князя! Черный, не глядя на растерянных и испуганных бирючей, пришпорил гарцующего под ним серого жеребца и молча направился в толпу. Навстречу ему выехал широкобородый северянин - один из родовых старейшин и, показав на нескольких человек, покрытых дорожной пылью, сказал: - Княже! К нам прибыли люди из-за Донца и Дона. Печенеги13 разоряют землю, предают огню городища, а людей вяжут и гонят в полон Ты наш князь, ты повинен защитить нас от меча и глумления кочевников. - Созывай, княже, рать и иди на помощь Подонью! - раздались голоса из толпы. - Мы не чужие ему, там наши кровные! - Сегодня степняки лютуют на Дону, а завтра появятся на Сейме или на Десне! - поддержали их другие. Черный высоко поднял над головой меч. Люди затихли. - Братья, - начал он, - я разделяю и вашу тревогу и ваш Гнев Как князь, обещаю вам заботиться о мире для земли Северянской Сегодня же пошлю именитых мужей в Итиль.