Эта проблема — проблема капитализма в России XXIвека — имеет несколько уровней.
Первый уровень. Если кто-то хотел провалить капиталистический эксперимент в России — вот эту идею ускоренного построения капитализма, — он, этот «кто-то», сделал всё, чтобы его провалить. Вот всё! Это было сделано наихудшим из всех возможных образом. Чудовищным образом.
Поэтому то, что было в итоге сооружено, — это монстр. Я не говорю — есть приличные люди, есть замечательные люди, есть средние люди, есть какие угодно люди с их мотивами, с их страданиями. Я говорю о целом. Арлекин — это не отдельные люди, это класс. Класс как целое — это монстр, натуральный монстр. Отделять его от созданных им институтов — базис от надстройки — бессмысленное занятие. Это единое целое. Криминальный капитализм создал криминальные институты. Криминальные институты вместе с криминальным капитализмом подпитывают друг друга и развиваются по определённой линии.
Всё это так называемое «развитие» (я тут слово беру в кавычки) абсолютно несовместимо с жизнью страны. Если это будет так «развиваться» — не будет страны. Ну, не будет её в 2017 году или в 2018-м… Ну, нету тут никаких шансов! Все видят, что извращено всё, что только можно. Что это такая вопиющая аномалия, которую даже не хочется разбирать. Но это только первый уровень.
Второй уровень состоит в том, что у России всегда были плохие отношения с капитализмом. Всегда. В силу причин — недоосознанных.
Как я уже говорил, в феврале 1917 года капитализм был качеством получше и развивался он в недрах феодализма. И были там приличные люди, о которых все говорили, что у них и капиталы не такие воровские, и меценаты они блестящие, и люди образованные, и производством занимаются. Тыр-пыр, восемь дыр…