Прошло уже больше часа. Нужно было возвращаться на "Дею Грацию".

"Ваша доля - четверть"

- Дево, вас смело можно посылать за смертью! Должно быть, неплохо провели время в гостях у Бриггса? Как он там? - услышал штурман голос своего капитана, поднимаясь по штормтрапу на палубу брига.

- Сэр! Там нет ни одной живой души. Это невероятно! Мы буквально обшарили все судно...

- Как?! На "Целесте" никого нет? Нет Бриггса? - заволновался Морхауз.

Они спустились в капитанскую каюту. Дево начал свой доклад.

- Кормовой шлюпки нет. Яла - тоже. Поручни у трапа с левого борта сняты. В каюте Бриггса и в салоне все залито водой: кому-то потребовалось зимой открывать световой люк... Последняя запись в журнале "Целесты" сделана 24 ноября. А на аспидной доске, которую я нашел почему-то в салоне, - 25... Кстати, сэр, наше место на сегодня?

- Широта 38°20', долгота 17°37'. Я сам брал в полдень солнце, Дево, ответил Морхауз.

Рассказав о результатах осмотра, штурман достал из бокового кармана записную книжку.

- Смотрите, капитан, что теперь получается. Двадцать четвертого они были в точке 36°57' северной широты и 27°20' западной долготы, а на следующий день они взяли пеленг самого восточного мыса Санта-Марии. Значит, десять дней назад "Целеста" находилась в шести милях к зюйд-зюйд-весту от острова.

- Нет, я определенно ничего не понимаю, Дево! - воскликнул капитан, нагнувшись над картой Северной Атлантики. Выходит, что "Целеста" без людей прошла в восточном направлении почти четыреста миль, а полтора часа назад мы встретили ее идущей на запад. Вы же сами видели, что она шла нам навстречу! Происходит какая-то неразбериха!

- Нужно полагать, капитан, что по какой-то причине Бриггс с командой покинул свое судно на шлюпках, и покинул очень быстро... На "Целесте" нет секстана, хронометра и, кроме журнала, никаких судовых документов! Самое непонятное - это компас... Он валяется разбитым на корме у штурвала, а нактоуз сдвинут с места, по-моему, ломом. Как мог Бриггс уйти на шлюпке, не взяв с собой компас?