Игривая красавица сразу оказалась «востребованной» – уже на следующий после приезда день к ней плотно приклеился высокий симпатичный блондин. Объектив «Никона» подловил упивающуюся свободой, беспечно шагающую рука об руку парочку на тенистой аллее. Один-ноль! Однако дальнейшая «фотоохота» вскоре потеряла смысл. «Влюбленные», словно заподозрив неладное, ничем больше не проявляли сути своего интима и стали упорно уединяться от посторонних взоров. Впрочем, не дети ведь они в конце концов, чтобы в обнимку барражировать по санаторию – в комнате можно найти более достойное и увлекательное занятие.

Поселившуюся в частном секторе Шаронову ничего не оставалось, как идти напролом. А именно – попробовать проникнуть непосредственно в стан «врага». «О, нет! Он не собирался прятаться под кровать или в шкаф – оттуда ведь все равно не сделаешь нормальной „компросъемки“. Легальность, только легальность могла стать его союзником. Олег подкараулил блондина у входа в столовую. Представиться корреспондентом столичной газеты было раз плюнуть. Накануне у Олега хватило наглости назваться чиновной курортной даме следователем по особо важным делам, что и позволило ему ковыряться в тощей санаторной папке Катиного кавалера. Анатолий Степанович Ковшов, главный инженер завода. Даму Шаронов успокоил: „Ошибочка вышла, это не тот человек, которого мы ищем. Вы ему, пожалуйста, ни-ни, а то разволнуется человек понапрасну“.

– Приятная встреча, Анатолий Степанович! – скромно улыбнулся «фотограф», когда Ковшов поравнялся с ним. – Я бывал на вашем заводе. Вы меня, может, и не помните, а я вот вас сразу узнал.

Прием был беспроигрышный. На том предприятии, где работал Ковшов, перебывали десятки газетчиков, поди, припомни всех. – Вот и закончу съемку здесь и опять к вам наведаюсь – у меня все на месяц вперед расписано, – сходу взял в оборот главного Олег.

Предстоящий визит корреспондента подействовал на холодного с виду Ковшова размягчающе. Не насторожило его и приглашение «на чашечку кофе».