– Знаю, знаю, – прервал его Дибелиус. – Впрочем, речь идет не о родстве. Достаточно и тех отношений, в которых ты был с ним. И не только ты.

– Конечно, – ответил холодно Рейнер, – ты тоже. Вспомни, ведь именно ты представил его мне.

– Не помню, – скривил в гримасе губы Дибелиус. – Нам нет сейчас смысла упрекать друг друга. Если хочешь знать, то я познакомился с ним на приеме у губернатора. Представила нас его жена.

– Я видел его еще раньше, в Берлине. Заверяю тебя, что это было в очень солидном доме.

– Тем лучше, – сказал Дибелиус. Он встал и потянулся, как человек, который выполнил тяжелую работу. А на вопросительный взгляд Рейнера ответил: – Тем лучше, что не только мы влипли в эту историю. Большинство высших чинов там, в Варшаве, нередко бывали у него на приемах или в жолибожской вилле, или в особняке в Вонсово. Ох уж этот наш офицерский снобизм! Венский граф, кровь аристократа! Его дед, вероятно, купил титул, разбогатев на поставках портянок для армии. Но наши офицеры, в особенности те, которые считаются воспитанниками старой школы…

– Оставь это, – оборвал его Рейнер, удивляясь твердости своего голоса. – То, что ты сказал сейчас, поможет нам выкрутиться.

– Ты думаешь, нам это удастся? – спросил Дибелиус. – Поразмыслим лучше… Нам известно, что Вонсовский был знаком с более высокопоставленными лицами, чем мы. Я располагаю информацией из абсолютно верных источников, что его приглашали даже в Вавель, ты же помнишь, это было в то время, когда замышляли создать что-то вроде правительства в этой стране. От нас многое зависит, чтобы с выгодой раскрыть это необычное дело.

– А что конкретно? – спросил Рейнер.

– Предлагаю, – сказал Дибелиус, – взаимное сотрудничество. Я хочу в этом деле дать возможность отличиться молодежи. Мой заместитель Лехсе так и рвется к работе. Ты мне тоже говорил о каком-то интеллектуальном офицере. Этот твой, как там его, Клос, что ли, должен быть безукоризненно честным и высоко эрудированным, чтобы раскрыть сети Вонсовского, а также достаточно осторожным, чтобы не замешать наших людей в это дело. Моему Лехсе можно доверять. Он как верный пес.