угрюмый состав.

Как зачарованный, я смотрел На череду непонятных дел, На монотонный и мерный труд Этих рассудочно-хитрых груд.

Мы громоздим этаж на этаж; То же - и волгры.

А воля - та ж?

Низкое облако черных паров Двигалось

и на шпиль, и на ров, Волгр задевая правым крылом. Видно, то было здесь частым злом: Черный, точно китайская тушь, Ливень хлестнул бока этих туш, И превратил - чуть туча прошла В черные глыбища

их тела.

...В Агре он видит впервые вампирических обитателей чистилищ, восполняющих убыль жизненных сил всасыванием энергии человечества.

9

Миллионами нас

исчислять надо, с Агром знакомых, Нас, когда-то людьми

называвших себя наверху, И жестокий рассказ,

как от волгр ускользали тайком мы, Я от слез и стыда

не посмею доверить стиху.

Было нечто сродни в нас

медлительно гасшим лампадам... Но в короткие дни

я, сорвавшийся издалека, Промелькнул мимоходом

нет, резче скажу, мимопадом, Остальные ж томились:

недели? года? иль века?

Дорогие... Вся гордость,

все лучшее ими забыто; Точно ветер над городом,

гонит их призрачный бич, И сквозят через них

блики сального, тусклого быта, Блекло-мутные дни,

счет ничтожных потерь и добыч, Пропотевший уют

человеческих стойл и квартирок, Где снуют и клубятся

отбросы народной души; Этажи новостроек,

где бес современного мира Им кадит, как героям,

твердя, что они хороши; Все яснее сквозь них

различал я вихрящийся омут, Просверливший миры

и по жерлам свергавший сюда Миллионы слепых,

покорившихся трижды слепому, Сгустки похоти, лжи,

мести, жадности, сна и труда.

Род? сословие? класс?..