— Почему бы вам не сказать, где она? — начал я разговор. — Мы все равно найдем ее, рано или поздно. А если вы сами скажете, нам не придется вас больше беспокоить.

— Меня беспокоить? Для этого требуется кто-нибудь покрепче, чем частный сыщик.

— Вы ошибаетесь. Частный сыщик может доставить вам очень много беспокойства и неприятностей. Сыщики — люди настойчивые и привыкшие к грубому обращению. Наше время оплачивается, так что мы можем его тратить на то, чтобы вас беспокоить, равно как и на любое другое развлечение.

— Ну, хорошо, послушайте, — сказал он, наклонившись вперед. — Я прочел вашу телеграмму, но это — липа. Я не ездил с Кристель Кингсли в Эль-Пасо. Я давно ее не видел, дольше, чем со дня отправки телеграммы. Я не имею о ней никаких сведений. И все это я уже говорил самому Кингсли.

— Он не обязан вам верить.

— А для чего мне лгать? — удивился он.

— А почему бы вам и не солгать? — спросил я в свою очередь.

— Видите ли, — сказал он серьезно, — вы вправе так думать, но вы не знаете Кристель. Муженек не может привязать ее на цепочку. Если ему не нравится поведение жены, то он ведь способен вознаградить себя за это. Ах, уж эти мужья — собственники! От них впору с ума сойти!

— Ну, допустим, вы не были с нею в этот день в Эль-Пасо. Зачем же ей было посылать эту телеграмму?

— Понятия не имею!

— Могли бы придумать ответ и получше, — сказал я и показал на манцанитовую ветвь перед камином. — Ведь эти цветы сорваны у озера Маленького фавна?

— Этих цветов полно всюду, — сказал он презрительно.