– Сходим к нему?

– Ну и…

– Прозондируем. Просить ничего не будем. Может, продлит? Как раз на Рождество? Один хрен рано закроемся.

– Сац на Рождество может упорхнуть куда хочешь, - хмыкнул я.

– И тем не менее. Окажем почтение старику?

– Давай. Звони ты.

– Почему я?

– Твоя идея, ты и звони.

«И почему многие так стремятся избегать людей, которым должны деньги, - даже тогда, когда те не напоминают о долгах?» - подумал я.

Лев Сац был еврей старозаветной породы - не изменял жене (хотя напропалую флиртовал с девочками - но это был у него ритуал ещё той, советской, эпохи), деньги признавал только в виде наличных (я подозреваю, что в глубине души вообще мечтал о серебряных шекелях и золотых дукатах) и не прощал долгов. Да. Совсем не прощал. Посетить-то его, безусловно, стоило. Лев Сац был сам по себе интереснейшим мужиком. Ещё один математик советской эпохи, ставший крупным бизнесменом новой России. И при этом предельно осторожный. Люди, с которыми он начинал, сейчас находились за рубежом и косили под политических беженцев. Сац же жил там, где и раньше, - не в Лондоне и не на Рублёвке, где мог купить не просто дом, а квартал недвижимости, а просто в большой, перестроенной из нескольких, квартире на Красноармейской улице.

В любом случае, Новый год - лучшее время для разведки боем, которая называется визитом вежливости…

Следующий раз я увидел Сержа через неделю после Нового года. Как и многие магазины, не торгующие водкой или огурцами, мы полностью закрылись на русские рождественские каникулы - с 30 декабря по 14 января. Но сразу после русского Рождества мне понадобился забытый в офисе органайзер, и я наткнулся на Серёгу, гонявшего в гордом одиночестве монстров по новому 22-дюймовому жидкокристаллическому монитору. - И как, был у Саца?