Англичане прекрасно знали, что "нелегальные" проскальзывают мимо их патрулей. Они устраивали повальные обыски, стараясь обнаружить недавно прибывших "бездокументных" иммигрантов; днем на самолетах, ночью на шлюпках прочесывали они побережье. Но из всех кораблей, прибывших за два года к берегам Мицпе-Хайам, только два были перехвачены и взяты в плен англичанами.
Когда началась вторая мировая война, первыми добровольцами из Мицпе-Хайам были Залман Шамир и Алекс Бибер. Хотя кибуц гордился своими солдатами, некоторые отнеслись критически к их "индивидуалистическому" поступку. Что станет с хозяйством, если все мужчины уйдут на войну? Другие кибуцы столкнулись с той же проблемой.
В Арци решили, что каждый кибуц должен выделить каждого десятого из своих членов для службы в еврейской бригаде, в отрядах местной защиты или в Пальмахе. (Пальмах - ударные силы Хаганы) Они отбирались по жеребьевке, но каждому разрешалось выбрать место службы. Когда секретарь Мицпе-Хайам Яэль Калман вытащила из чаши первую бумажку, на ней стояло имя ее мужа.
Из девяти мужчин, ушедших в армию, все, кроме одного, были направлены на поля сражений в Африку и Европу. Исключением явился Алекс Бибер, ставший позже одним из двух командиров битвы. После обучения он был оставлен в Палестине в качестве инструктора.
Британские офицеры, которые дали ему это назначение, не знали, что незаурядные способности "новичка" к военному делу отчасти явились результатом его сотрудничества с нелегальной Хаганой.
Когда я встретила его в 1960 году, Алексу было немногим за сорок.