- Как же она услышала, что кричала Лидия Петровна, ведь у меня стекло толстое и заделано в глухую, чтобы в кабинете было тихо и я мог работать...

- А ведь и правда...

Зазвенел второй звонок, загудели двигатели. Саша быстро натягивает марлю на лицо.

- Я побежала...

Кончилась первая смена. Громкий звонок возвестил об окончании работы. По цеху проносится вопль радости и недружная толпа с шумом мчится в раздевалку и душ. Через час придет новая смена и им надо освободить место. Я выхожу из кабинета и направляюсь в контору старшего мастера. Здесь уже собрались все мастера, тут же моя секретарша.

- Федор Иванович, мы вам налили кофе, - сообщает она.

- Спасибо.

- Федор Иванович, - Лидия Петровна поставила свою недопитую кружку на стол, - из лаборатории сообщили, что плата, которую залили слезами, в порядке. Так что, может быть план этого месяца не сорвем.

- Что значит может быть?

- У нас уже потери, около десяти блоков не собраны из-за испачканных деталей и узлов.

- В прошлом месяце было меньше. Придется вас вам постараться, друзья. Подогнать темп или сделать третью смену.

- Постараемся.

- А у меня на участке, - сообщила мне Варвара Николаевна, мастер подготовительного участка, вечно молодящаяся женщина неопределенного возраста, - врачиха сегодня сняла двоих...

- Как они пережили?

- Нормально. Судя по всему, помчались в кино.

- Кто как переносит, - комментирует Лидия Петровна, - одни кончают самоубийством, другие только встряхнуться и хоть бы что...

Никто не отреагировал на эту реплику. В конторку без стука врывается черноглазая девушка, Светлана Малышева, одна из старожилов цеха. У нее уникальные руки и уже два с половиной года на пальцах не появляется никаких выделений.

- Федор Иванович здесь? - она замечает меня. - Федор Иванович, там в раздевалке драка. Верку Артемову бьют...

Вместе со мной вскакивает Лидия Петровна и Саша Казанкина.