Задания насчет Бобби Зета. Какая одежда, какие фильмы, какие книги? Школьный альбом с фотографией Зета, на которой он чуть-чуть ухмыляется, словно знает, что все это туфта, и нарочно выделывается, понятно вам? Школьные друзья, друзья по серфингу, подружки. Куча подружек, соображает Тим, и это его бесит. Не какие-то там отстойные девчонки, а самые настоящие, классические, клевые южнокалифорнийские девчонки. Гладенькие, хорошенькие, смотрят уверенно, взгляд у них такой, будто они знают, что весь мир принадлежит им, и себя демонстрируют – больше ничего.

– Зету нравились его chucha,

Как будто для Тима это такое уж открытие. Это же хорошо известный научный факт: девчонки с радостью подстилаются ради травки. Смазливая рожа, крутизна, бабло и трава, думает Тим, и все это – в одном парне. Но кто сказал, что жизнь должна быть справедливой?

Эскобар сообщил Тиму и о приятелях Зета.

О дружках по серфингу, по травке, иные из них – даже девушки – стали его сотрудниками, торговыми представителями, распространяющими товар Бобби. Джейсон, Чад, двое Шейнов, Фри, который – ты прикинь – заодно и брат этой Скай. Классный вид у этих парней, реально крутые парни, Тим это видел. Парни, которые справедливо считают, что им принадлежит мир, потому что им принадлежит побережье. Друзья Бобби.

К тому же – верные друзья, говорит ему Эскобар. Они для Бобби – его carnal.

Уж настолько carnal, подумал Тим, что двое из них – один из Шейнов и Британи – кончают жизнь мордой вниз в сточной канаве.

Тим изучал их фото, запоминал имена. Читал книги по серфингу, слушал эскобаровы лекции о том, как работает империя Бобби Зета. Все, что удалось узнать, пока у Бобби не отказало сердце, грустно сказал Эскобар.

– Главный над всеми его ребятами в Штатах – некто по кличке Монах, – сообщает Эскобар.

Монах? – думает Тим. Какого хрена, это еще кто? Единственный монах, какого Тим знает, – жирный тип в фильме «Робин Гуд».