Петров Гена.

Я взял письмо и пошел во двор.

Противники сидели на скамейке. Васька щелкал Петьку по лохматой голове и медленно приговаривал: «… Шесть, семь, восемь…» Петька лениво подставлял свою макушку и сонно жмурился, будто щелбаны его не касались.

- Стропила, дело есть, - сказал я.

- Ну? - буркнул Васька, продолжая щелкать.

- Тебе письмо.

Васька нехотя взял листок, развернул его и стал читать.

- Ос-кор-били жен-щину… Какую еще женщину?

- Зинку Пилюгину. Ты чего к ней пристал? Огрызком швырнул. Скажешь, не было?

- Пилюля?! - Васька вытаращил глаза. - Это она-то женщина?! Ой, ой, держите меня!

- Ты читай, читай дальше, - сказал я. Васька дочитал письмо.

- Ну, умора. На дуэль, значит, меня вызывает. Хорошо. Я ему покажу труса!

- Говори прямо: принимаешь вызов?

- Принимаю!

- Оружие?

- Рогатки. Устроит?

- А кто будет твоим секундантом?

- Да хоть бы Петька. Петька, пойдешь ко мне в секунданты?

- А что мне надо будет делать? - спросил секундант Петька.

- Ничего. Сиди и смотри комедию.

- Только вы тогда уж не камнями стреляйтесь, а желудями. Они тоже твердые.

- Соображаешь. Прощаю десять щелбанов. Слышь, Серый, желудями будем стрелять.

- Идет, - сказал я. - Встречаемся на этом месте через полчаса.

Я побежал домой, набрав по дороге несколько желудей.

- Ну? - спросил Генка.

- Он согласен. Его секундантом будет Петька. Встречаемся во дворе через полчаса.

- А оружие?

- С этим хуже. Он выбрал рогатки.

- Ну и что?

- Ты же знаешь, как он из рогатки стреляет. С двадцати шагов в портфель попадает.

- Ерунда.

- Нет, не ерунда. Вот я тут желуди принес, потренируйся пока.

Я покопался в столе и нашел свою старую рогатку. Резинка немного рассохлась, но делать было нечего. Я протянул рогатку Генке и поставил в углу комнаты спичечный коробок.