— Или у тебя лишние деньги завелись? Ты ведь только что квартиру купил…

Я усмехаюсь. Когда у вас чисто за кормой, и вы бедны, как церковная крыса, можно усмехаться даже Генеральному Прокурору СССР. И я говорю с усмешкой:

— Касса взаимопомощи месткома, Роман Андреич. Можете проверить.

— Ну что ты! — Он откидывается в кресле с укоризненной улыбкой, но мы с ним поняли друг друга, и он, наконец, переходит на деловой тон. — Нет! Отпуск откладываем, месткомовские деньги нечего на ветер бросать. Знаешь, говорят: в долг берешь чужие, а отдаешь свои. Кроме того, нехорошо — следователь по особо важным делам вынужден покупать кооперативную квартиру и два часа в день тратить на дорогу. Как будто Моссовет не может дать нам государственную квартиру в центре. Я поговорю с Промысловым. А ты… Вот, держи эту папку. Здесь один найденный труп, а второй — ненайденный. Только и всего. Тебе это на один зуб. Только дело срочное…

Я беру у него из рук серую папку со стандартным оттиском «МВД СССР. Следственное Дело NСЛ-79-542. Начато 26 мая 1979 года». Сегодня 4 июня, то есть дело было начато девять дней назад. Так я и знал, что этот вызов не к добру, хуже нет браться за уже кем-то начатое дело. Напортачат, наследят, все нити оборвут, все улики перетасуют, всех свидетелей испотрошат без толку, преступников распугают… Да, умеет Генеральный свинью подсунуть, ничего не скажешь! А ведь так мягко стелет — квартиру предлагает в центре города! И не кооперативную, а практически дармовую — государственную. Интересно, что это за труп такой бесценный? Чей? Не дай Бог, какого-нибудь правительственного сынка или дочку кокнули. Тут будет не столько следствие, сколько «политес» — Косыгина не допрашивай, Суслова тоже, даже их референтов на допрос не вызывай, а езжай к ним как на беседу, а если пошлют к чертовой матери, — пеняй сам на себя.