Посетил назад - пустая тропа со следами протекторов. Одними следами. Тишина. Hе отзвука от двигателя, только шум в кронах деревьев. Чвак - с глухим звуком на тропу бухнулась огромная жаба. С человечью голову, красными, ядовито выглядящими бородавками на спине и с голубыми, нежно смотрящими глазами. Секунду жаба пялилась на охотника, а потом не торопясь запрыгала в его сторону. Спицын вернулся к машине, взял ружье и с ходу выстрелил в жабу. Та, издала некий булькающих звук, а потом взорвалась как миниатюрный вулкан. Спицын только плюнул. Часы показывали 2:50 - короткая летняя ночь подходил к концу, а он так и не нашел лодочника, потерял напарника, остался один посреди угрюмого ночного леса. С дымящимися останками жабы на тропе позади. -Тварь, - сказал Спицын. Что делать он решал не долго. Искать Коршунова было бесполезно, что-то подсказывало, что он, возможно уже не живой. Возвращаться по той же тропе? Hичего он там не найдет, безнадежно все, значит, остается идти дальше по этой огромной дуге, одним своим концом входящей в поле. Остается идти дальше и искать вырвавшегося призрака. И постараться забыть Коршунова... -Слышь ты тварь!!! - заорал Спицын, что было сил, и сник. А потом быстро сел в машину и погнал прежним маршрутом, подвеска жалобно скрипела и ходила ходуном. Hо водитель уже не заботился о ее целостности.

Гнал бездумно, кидал по сторонам испуганные взгляды. Сбивал маленькие деревца, подпрыгивал на ухабах. А потом стремительно вылетел на чистую ровную поляну. Деревья расступились так резко, что он даже опешил на мгновение, а потом резко нажал на тормоза. Машина остановилась, качнулась, по днище в высоких, одуряюще пахнущих, травах. Те слегка покачивались под ночным ветром, скребли по днищу как сотни маленьких слабеньких ручонок. Спицын ухмыльнулся, снова заглушил двигатель. Сверху светила луна, уже не резко, а скорее умиротворенно, красиво подсвечивая верхушки угрюмых елей и луговую траву, создавая впечатление серебряного прилива.