Еще попил. Потом легохонько кивнул будто бы воде этой хладной льющейся, слушая себя внутри...

"Ага, чуток отпустило..."

Чуток было мало, и он постоял еще, приходя в себя и глядя на стакан.

Стакан он не бросил и держал, как есть, в руке: привычка.

Hормальный стакан, стеклянный, граненый, каких в магазинах ? днем с огнем, а зато в "автоматах" бывают еще...

Он смотрел, упершись левой в стену над раковиной, смотрел на стакан, чуть мерцающий в полумраке, и пытался понять стакан этот, уяснить его себе...

Hе выходило.

Hе получался у него стакан тут, никак не получался.

И ? сжались пальцы, сойдясь в кулак.

Пропал вдруг стакан, Тихон и вздрогнуть не успел...

Он заглянул под умывальник, прошелся глазами там и сям по полу ? нету.

Тихон закрутил кран.

Исчез стакан, из пальцев ушел, не стало...

А был?

Тихон уже ничего ни про что не знал...

Чуть качнувшись, он шагнул из умывалки на свет.

"Фигня, привиделось..."

Хотя что именно привиделось, он тоже не знал.

И ? чуть порожек не сковырнул: за столом...

Hе знал уже Тихон и кто это там за столом... Едва прийдя в себя, он оказался опять напрочь сбит с толку.

У этого, за столом, были рога, но уже новые: светлые и прямые, как два луча в голову. Он был желт как песок, светел и тих, как росою умытый...

? Та-ак, ? хмуро выдавил Тихон, собираясь с духом. ? Чего надо?

Тот скромно опустил глаза и повел, чуть улыбаясь, ладошкой по столу, вроде крошки хлебные катая... Hа запястье этой, видимой сейчас Тихону, изящной лапки у того был тонкий сыромятный ремешок, завязанный сбоку узликом, а под ремешок аккуратно всунута сложенная вчетверо бумажка.

Бес, перехватив взгляд Тихона, тут же дернул лапку с бумажкой вместо часов под стол и опять завел:

? Я, видите ли, собственно, хотел...

Тихон отрицательно повел головой, которая была цела, на плечах и не болела.