- Это - из тех, что на меня напали, - отвечал тот. - Ну-у? - Глаза Димыча засверкали от возобновившегося любопытства. Интересно. Давай-ка... Во избежание ненужного, руки бесчувственного Бори скрутили за спиною полотенцем, после чего он был оттащен в ванную и сунут головой под струю холодной воды. Через минуту гость, отфыркнувшись, застонал. - Хорош, - решил Димыч. - Потащили в кухню, на стул посадим. Назвавшегося Борей усадили так, чтобы спиной он мог опираться на спинку стула, а плечом - привалиться к стене, и влили в него разом граммов сто коньяку. Некоторое время он постанывал, приходя в себя, затем Димыч, решив, что клиент оклемался достаточно, кивнул на Петяшу и спросил: - Чего вашей компании от него было надо? - Развязали бы, - севшим голосом, с пристаныванием попросил гость. Вас двое; что я вам сделаю? Димыч, налив коньяку и себе, довольно сощурился. Как тут не быть довольну, когда, похоже, так удачно представился случай удовлетворить возбужденное Петяшиным рассказом любопытство. Чтобы не упустить ничего, гостя следовало склонить к максимальной искренности. - Ты нам так и так ничего не сделаешь; посиди уж пока, как есть. Рассказывай, а там посмотрим. А, если что, вызовем милицию. Скажем: квартирного вора поймали. - С чего это - "вора"-то?! - слегка оживился Борис. Димыч радостно улыбнулся. - Какая разница? Его, - он снова кивнул на Петяшу, - били? Били. Слова доброго не сказав. За что - непонятно. Это, знаешь, веская причина должна быть, чтобы человека выслеживать и избивать. Вот давай, выкладывай. Посмотрим, стоит ли тебя прощать. Если не стоит, сидеть будешь. Не за хулиганство, так за покушение на кражу со взломом. - И где ж эта кража? В голосе Бориса появилась даже легкая насмешка. Улыбка Димыча сделалась еще шире. - Сейчас я надеваю твой башмак. Ногой вышибаю дверь. Потом мы с Петькой сажаем друг другу по шишке. В квартире наводим бардак. И вызываем наряд: вернулись, мол, с прогулки, субчика какого-то в дому застали, сопротивлялся, удрать хотел.