Поделился этими соображениями с Комачо, который растянулся на соседней койке. Тот ответил, что именно так становятся профессионалами, что он от рефлексии такого рода давно избавлен, и буду ли я пить.

– Смеешься? – Я полуобернулся к моему другу. – Какое "пить" – сейчас маневр закончат, Х-переход, а там уже и в космос...

– Ты что как школьница? Детоксином своим зажуешь. На вот... – и он протянул фляжку.

Пить не хотелось. Хотелось курить, очень.

А потом на нас свалилась Х-матрица, и заменила все желания бесконечным калейдоскопом ничего, в котором скрыто не меньше, чем всё.

Да, это был он: "Левиафан", чудовище Тремезианского пояса. Бывший магистральный контейнеровоз, обшитый броней, а поверх усаженный лазерпушками ПКО и торпедными аппаратами в качестве артиллерии. Нелепое, если вдуматься, сооружение, но против гражданских судов – настоящий монстр. Да и против военных, если речь идет о любимых пиратами засадах и ударах в спину.

Но слава "Левиафана" прошла, как зима. Долгая зима Тремезианских трасс. Скорее всего, Бладу потребовался люксоген. Банальный люксоген. Он не мог быстро купить его под "крышей" своих легальных компаний – по официальным каналам эта жидкость текла медленно и со строгим учетом каждого грамма. На черном рынке случилось затишье – какая незадача! – и пришлось выходить на большую дорогу, как на заре пиратской карьеры.

Танкер "Кутзее" неожиданно развернул башенку самообороны со спаренной лазерно-пушечной установкой, принялся удирать, уклоняться и стрелять почем зря. Капитан оказался необученный – не стал задирать лапки кверху.

Часа три рейдер гонялся за танкером и был лишен возможности "исцелить его огнем", как говорили пираты Иеремии Блада – иначе фига, а не люксоген!

После был абордаж, перекачка люксогена, глумление над командой. Страшно подумать, что им пришлось пережить перед смертью – Блад уважал тех, кто сопротивляется до конца, но уважение оказывал очень уж специфическое.