-- Я же вам сказал: чемоданы скоро прибудут.

-- Их принесет ваш друг?

-- Да. Мы ведь с ним понимаем, что без чемоданов получить номер в отеле практически невозможно.

-- А что, вы уже пытались?

-- О да.

-- Могу ли я поинтересоваться, чем закончились ваши попытки?

-- Ничем. Вот мы и купили чемоданы.

-- Просто чемоданы? Пустые?

-- До чего же вы любопытны.

-- Прошу прощения. Но все же хотелось бы выяснить, как вы будете платить за номер. Я сам отнюдь не любопытен, но вот мои работодатели... В общем, вы понимаете.

-- Вы просите, чтобы я объяснил вам про деньги. Чего у меня только не просили -- здоровья, мира, победы, спасения... Часто речь шла о вещах весьма важных, затрагивающих судьбы целых народов. Обычно я остаюсь глух к подобным просьбам, потому что они слишком неточны, неконкретны. Сам не понимаю, почему меня так раздражает ваша вполне объяснимая дотошность... Очевидно, это возрастное... Вот, посмотрите-ка, это вас устроит?

Старик извлек из недр своего бездонного кармана горсть монет и насыпал на стеклянную стойку целый холмик. Некоторые из монет упали на пол, но укатились недалеко, так как по большей части были неправильной формы.

-- Бой! -- крикнул портье, и мальчишка в ливрее стал ползать по полу, собирая деньги.

Тем временем служитель разглядывал монеты на стойке.

-- Надеюсь, вы не собираетесь расплачиваться этим?

-- Что-нибудь не так?

-- По-моему, это что-то греческое и к тому же очень древнее.

-- Как время-то летит, -- вздохнул Старик. -- Сейчас еще разок попробую. Портье выжидательно выстукивал карандашом морзянку по поверхности

стола, а Старик снова рылся в карманах, напряженно насупившись, словно задача оказалась труднее, чем он предполагал. Затем вытащил целый пук зеленых банкнот, похожих на растрепанные листья салата.