В результате мне пришлось основательно познакомиться с классической древностью, в частности со смазливым сынком царя дриопов Теодама и нимфы Менодики, пользовавшегося особой благосклонностью Геракла: мальчика звали как раз Гилас. Во время стоянки «Арго» в Мисии юноша пропал. Лапиф Полифем принимал участие в его поисках, но опоздал к отходу корабля. Потом Гераклу сказали, что юношу утащили нимфы, ― добавил Холмс, усмехаясь. ― Версия, которая не могла бы обмануть даже инспектора Лестрейда. Очевидно, паренёк удрал, по весьма уважительной причине: выдерживать объятья Геракла было, наверное, нелегко... Роль лапифа тоже вполне ясна. Впоследствии, как я уже говорил, он стал местным царьком. Ловкий малый.

Ватсон поморщился.

― Холмс, это уж слишком. В конце концов, это просто сказка. Совершенно ни к чему относиться к мифам как к свидетельским показаниям.

― А почему? Мифы ― часть реальности, мой дорогой друг. Наша драгоценная империя стоит не только на дредноутах, но и на мифах, ― и, заметим, стоит весьма прочно... Так или иначе, изучение аргонавтики ничего не дало, зато отняло много времени: книги, посвящённые греческой мифологии, занимали четыре полки. В то время как искомый шифр преспокойно ждал моего взгляда на пятнадцатой странице первого издания трактата Джорджа Беркли «Три разговора между Гиласом и Филонусом» ― написанном, когда Беркли ещё не был епископом и даже не подозревал о существовании дегтярной настойки. К сожалению, я добрался до этого остроумного сочинения, опровергающего материализм, когда было уже поздно: зашифрованный документ потерял всякую ценность, ввиду самоубийства подозреваемого. У несчастного преступника не выдержали нервы. Кстати, он поторопился. Когда я попытался всё-таки расшифровать документ, выяснилось, что в шифр вкралась ошибка. Так что мне бы всё равно не удалось добыть решающее доказательство. Вам неинтересно, Ватсон? Тогда давайте почитаем то, что осталось от «Дейли»... О, а вот это любопытно. В Рио-де-Жанейро задушена неизвестным Рина Роспо, международная авантюристка... Н-да. Надо же, какое совпадение. То есть я хочу сказать: это многое объясняет.