— Я не хочу говорить об этом.

Таня, Ирина и Кэйт очень хорошо приспособились к той жизни, которую избрали. В чём-то даже лучше Карлайла. Несмотря на безумно тесную близость с теми, кто был их потенциальными — а когда-то действительными — жертвами, они не совершали ошибок. Мне было слишком стыдно сознаться Тане в своём малодушии.

— Проблемы с женщинами? — продолжала она допытываться, не обращая внимания на мою несловоохотливость.

Я невесело усмехнулся.

— Да, но не те, которые ты имеешь в виду.

Она притихла. Я слушал, как она перебирает в уме разнообразные догадки, пытаясь докопаться до смысла моих слов.

— Ты очень далека от истины, — сказал я.

— Ну хоть намекни, а? — попросила она.

— Пожалуйста, оставь это, Таня!

Она вновь затихла, продолжая строить догадки. Я предоставил её этому занятию, а сам тщетно попытался вернуться к любованию звёздами.

Она наконец сдалась, и её мысли приняли иное направление.

"Куда же ты отправишься, Эдвард, когда уедешь? Обратно к Карлайлу?"

— Не знаю... не думаю, — прошептал я.

Куда мне идти? Ни одно место на всей планете меня не привлекало. Мне ничего не хотелось — ни видеть, ни делать. Потому что, куда бы я ни отправился, это будет не потому, что я стремлюсь к некоей интересующей меня цели, а потому, что в панике спасаюсь бегством...

Эта мысль была мне ненавистна. Когда же я стал таким трусом?

Таня вскинула свою тонкую руку мне на плечо. Я застыл, но не уклонился от её прикосновения. Она всего лишь хотела меня утешить. По-дружески. По большей части.

— Я думаю, что ты вернёшься обратно, — сказала она, и в речи её вдруг прозвучал отголосок давно утерянного русского акцента. — Неважно, что это… или кто это — то, что преследует тебя... Но ты встретишься с этим лицом к лицу. Ты не можешь иначе.

В её мыслях царила та же уверенность, что и в словах. Я почувствовал признательность к ней за то, что она воспринимала меня таким: вот тот, кто не боится брошенной ему перчатки. Я немного воспрял духом. У меня никогда не возникало повода усомниться в своей отваге, в способности смотреть трудностям в лицо — до того ужасного урока биологии в старшей школе, всего неделю тому назад.