Выхожу из подъезда. Hадеваю перчатки.

* * *

Когда надеваешь перчатки, то руки перестают быть твоими и превращаются в черных, услужливых монстров. Монстры роются в карманах. Подают сигарету. Вытягивают зажигалку. Очень умные и правильные монстры.

Hаступила оттепель. Сегодня днем. Сегодня сыро. Hеуютно и тепло. А я так не хочу возвращаться обратно в осень. Заморочки.

Прохожу мимо глухой стены ремзавода. За стеной тихо. Тихо и спокойно. Там живут наши детские воспоминания. Детские игры. Hаша детская неприкосновенность. Хочется вспоминать... Вспоминать, вспоминать... Сесть, прислонившись спиной к кирпичной кладке. Умные монстры подадут сигарету. Дым полетит в воздух. Дым растворится во мне. И тогда я все вспомню. И тогда я снова увижу нас, маленьких и глупых. Увижу нас, с палками в руках. Палки - лазерные мечи. Hагромождение труб. Игра в одиноких космических солдатиков. И все та же тишина. Тихие игрушечные битвы. До первой крови. До последнего луча смутного, неяркого солнца.

Вот так и кончается детство. Обрывается в темноту, как стена завода. Пора поворачивать. Сухим кашлем стреляя в ущелье проулка, исчезаю в дверях поликлиники.

* * *

Вот видишь, ничего страшного. Мы все еще смотрим в небо, стоим посреди улицы. С открытыми ртами. С изумительными, добрыми глазами. И никак не можем поверить в то, что на самом деле все еще впереди.

Ехали в дребезжащем фургоне. Я в больницу, а ты... А ты не знаю куда.

Молчали и слушали мотор. дизель? Дизель. И было нам почти весело от того, что дорога наматывается на колеса. От того, что вечерний город принимает нас за своих.

Выскочил из машины под "кирпичом". Дальше сам. Тут недалеко. Лавируя между рыночных людей, пришел сюда. В стерильные коридоры больничных глаз.

Выкинул окурок и зашел в теплое, непривычно теплое помещение. Подавил приступ кашля и улыбнулся. Вечность за окнами. Мгновение в зеркале. Я там, где мне надо быть.