— Во-первых, после моей смерти дочь должна провести три года в молитвах и за это время найти подходящего мужчину, чтобы вступить в брак. Зная темперамент и впечатлительную натуру своей дочери, я ставлю второе условие: ее муж будет контролировать всю работу Клейтон Фрейтинга и иметь в своем полном распоряжении товары, которые я завещаю моей дочери. Условие третье: результатом этого брачного союза должно стать появление на свет наследника, которого моя дочь должна родить в течение трех лет после моей смерти.

Кэсс сидела неподвижно. Пальцы, порезанные об отколотые края ручек кресла, кровоточили, но она не чувствовала боли. Смит продолжал читать:

— Если Кассандра Эйлин Клейтон не выполнит условия завещания в указанный срок, она потеряет все права на Клейтон Фрейтинг и остальное имущество. В этом случае наследство переходит к Кларку Мэтьюзу, племяннику моей любимой первой жены Матильды Мэтьюз Клейтон.

Пока адвокат бубнил заключительную часть, Крис Альдерс мысленно проклинал негодяя Руфуса. Когда он взглянул на Кэсс, она безжизненно кивнула ему, показывая, что не собирается давать волю ярости. Однако Крис знал: жестокий старик и из могилы хотел наказать ее за то, что она не родилась мальчиком. Будь он проклят!

Сэрстон Смит посмотрел на Касс и нервно провел тонким пальцем по усам. Он всегда не любил бесстыдную женщину Клейтон!

— Условия завещания вам ясны, мисс Клейтон?

— Они так же ясны, мистер Смит, как и чудовищны.

Ее глаза зажглись золотистым пламенем, она встала и грозно посмотрела на него. Но самообладания не потеряла.

— Конечно, я буду оспаривать условия этого завещания. Ни один благоразумный суд территории не поддержит его.

Смит тоже поднялся, хотя и с меньшей уверенностью. Он был ниже Кэсс Клейтон и ненавидел заглядывать снизу в ее надменное красивое лицо.

— Завещание вполне законно и совсем не безрассудно, моя дорогая. Тело у вашего отца одряхлело, однако он был в здравом уме. Ни один суд никогда не подвергнет сомнению заботу вашего отца о будущем своей дочери.