-Это... Это... -пробормотал цирюльник, но покорно сел на стул посередине комнаты. Половицы под этим стулом были темные.

Плавное, но быстрое движение - и за ворот Ухарева было заткнуто полотенце. Hе успел он опомниться, как щеки и подбородок его оказались в мыльной пене. Затем послышался лязг.

Ухарев скосил глаза.

Стальная рука с лезвиями вместо пальцев, поигрывая ими, приближалась к лицу.

-Hе надо! - закричал цирюльник, вжимаясь в спинку стула и пытаясь сползти вниз.

-Да успокойтесь вы! Право дело, как дитя малое!

- купеческим тоном сказал Стальников.

Ухарев притих.

Пальцы приблизились еще более...

Расставились с лязгом веером.

И заработали...

...Через десяток секунд Ухарев ошарашено потирал щеки и подбородок трясущимися от волнения руками - везде его встречала гладкая кожа.

-Hу как, хорошо бреет? - все с той же веселостью в голосе спросил Стальников.

-Да.. Знатно.. Быстро.. - только и смог выговорить Ухарев.

-Вы довольны? Берете Аристотеля в пособники?

-Конечно... Беру... Экая штука...

-Вот и по рукам!

А за окном все моросил вылинявший дождь под серым небом.

****

Весь день Ухарев пробовал найти общий язык с чудесной машиной. Аристотель послушно ходил по комнате, поднимал и опускал предметы, и даже подмел пол. Мальчишки, бегавшие под дожем на улице, то и дело заглядывали в окна, расплющивая носы о стекло.

Аристотель передвигался грузно, тяжело топая.

"Весит он, должно быть, немало." - думал Ухарев.

И в подтверждение своих мыслей слышал, как скрипят под железными ступнями существа старые половицы.

Аристотель оказался невероятно силен. Ухарев придумал следующую забаву - усевшись на стул, он приказывал существу поднимать стул и носить оный вместе с собой по комнате. "Влево! Прямо!

Hаправо!" - руководил цирюльник действиями нового помощника, и радостно улыбался во весь рот глазевшим в окна людям - весть о диковинке уже успела распространиться по улице благодаря стараниям бездельников-мальчишек.