Для своих пятидесяти с лишним он был еще довольно привлекательным малым и к тому же знаменитостью. Он поехал в Голливуд, где снимали картину по одной из его книг. И втрескался в молоденькую девчонку, актрису — в Сандру Макдональд. Она была и танцовщицей, и певицей, и шлюхой. Уиллард убедил ее приехать сюда, чтобы выступить на первом фестивале — в сороковом. А потом она вышла за него замуж — это при разнице в тридцать лет. Точно по графику у нее появился младенец — Пенни. Три месяца спустя Джона убили.

— Что стало с Сандрой?

— Покончила с собой, — ответил Гарви. — Год спустя. Снотворное. Может быть, это несчастный случай. Шутка, сынок. Пенни вырастила Лора Марч, которая к тому времени выскочила замуж за одного из своих дружков. Роджер Марч был опекуном Пенни по завещанию старины Джона.

— Неужели по убийству Уилларда никогда не было ни одного подозреваемого?

— О, подозреваемые были. Но не было улик. Вам бы лучше поговорить об этом с Тимом Келли — капитаном полиции штата, начальником здешнего участка. Я вам могу только сказать, как об этом пишут в книжках.

— Как?

— Убийца — какой-то религиозный фанатик, который считал Джона Уилларда ответственным за происходившую вакханалию.

— Есть какие-то доказательства?

— Не-а. Но им же нужно было хоть что-нибудь написать, правда?

— И тот же самый религиозный фанатик пытался убить Эда Брока?

Гарви рассмеялся:

— Если вы покупаетесь на религиозных фанатиков, покупайтесь, мистер Геррик. С этой деревяшкой вместо ноги я быстро бегать не могу, так что не стану говорить, что я думаю.

Исторический экскурс Гарви заполнил некоторые белые пятна, но мало что дал мне для дальнейшей работы. У меня не было ощущения, что на удочке, которую я пытался забросить, что-то дергается. Озлобленность Гарви делала его не очень надежным источником информации. Я не сомневался, что кто-нибудь другой расскажет мне ту же историю в совершенно ином ключе.