Остальные двое с виду были хаджисами. Причем один из них – в полицейской форме.

В этот момент из верхнего кармашка разгрузки, где находилась «Моторола», включенная на УКВ-волне, донесся голос их главного босса.

– Внимание, говорит Браво! Вызываю Оскара и Чарли! Оскар, Чарли, ответьте. Браво!

Когда Иван запрыгнул в свое сиденье, в салоне висел густой мат.

– Не, ну ты понял, Kozak?! – чуть успокоившись, сказал ирландец. – Не дадут спокойно вздремнуть полчасика! Алекс раз в месяц выскребся в город, так теперь будет деятельную активность изображать! Они на пару с Сэкондом придумали какое-то совещание! Bliad!!

– Командуйте, сэр.

– А ты разве глухой?!

– В центр?

– Рули в центральную полисстэйшн! Там состоится брифинг. – О’Нил взглянул на циферблат. – И начнется эта хрень уже через четверть часа!

До центрального отдела полиции от мечети всего ничего – метров триста. Но в связи с усилением мер безопасности – усилением, это еще мягко сказано – весь центр, все улицы, ведущие к главной площади города, перегорожены блокпостами. Повсеместно установлены ограждения в виде бетонных блоков и наполненных песком специальных контейнеров. Повсюду патрули хаджисов. На ключевых перекрестках стоят армейские «Хамви» и «Страйкеры». Главный город провинции Дияла и его окрестности, помимо собственно местной полиции и военизированной охраны, патрулируют военнослужащие из состава 4-й бригады 1-й кавдивизии армии США.

У сотрудников AGSM, как у ведущего субподрядчика в данной местности в плане обеспечения охраны и безопасности, впрочем, нет проблем со свободным доступом в любую часть города и в любое строение. Включая резиденцию губернатора или ту же «сэнтрал полисстэйшн»… Козак не без труда вписывал массивный джип в тесные повороты в «шпильках» (стороны которых выложены метровой высоты и толщины бетонными блоками).