Герцог заметил, как напряженно ждут ответа его собеседники, но тянул время. Медленно, словно размышляя над услышанным, он спросил:

— И какую же сумму вы хотите получить?

Графиня взглянула на Кейна Хорна из-под накрашенных ресниц, и ее спутник ответил:

— Джейн сочла, что будет честным выделить из своего огромного состояния двести тысяч фунтов для своей любимой мачехи.

Герцогу было очевидно, что графиня и этот человек, которому он не доверил бы даже лошадь, затеяли какое-то мошенничество, и он едва удержался от смеха. Сохраняя серьезность, герцог заметил:

— Это немалые деньги.

— По сравнению с состоянием Джейн это немного, — выпалила графиня. — Если говорить начистоту, мой муж был скуповат, и я платила за наряды Джейн и за подарки для нее из своего кармана — а у меня почти нет собственных денег. Кроме того, я помогала моему мужу в расходах на ремонт дома — Кейт хотел порадовать Джейн новой обстановкой, когда она вернется из Италии.

— Я понимаю, понимаю, — ответил герцог, — но мне надо подумать, прежде чем обещать что-либо. Вы ведь знаете, прежде всего мне следует обсудить этот вопрос с поверенными и адвокатами моей будущей жены. Кроме того, вскоре я буду нести ответственность за ее состояние.

Гости вновь обменялись взглядами, и графиня произнесла:

— Я была бы очень рада, если бы вы одобрили ее порыв. На бумажную волокиту уходит всегда столько времени, я была бы очень признательна, если бы вы отдали распоряжение поверенным Джейн как можно скорее.

— Я буду иметь это в виду.

— Прошу прощения, — вмешался Кейн Хорн, — но после того, как моя кузина вышла замуж за ныне покойного графа, у нее почти не осталось денег. Ей хотелось бы получить ваше согласие сразу же после того, как деньги Джейн перейдут в ваше распоряжение.