Лишь тогда Филаделфия позволила себе тяжело вздохнуть. Сколько еще ей придется вынести?

Чуть позже в дверь постучали, и она встала, чтобы открыть ее. Если это вернулся Гарри, чтобы просить ее взять кольцо обратно, она отвесит ему пощечину.

— О, Салли, ты как раз вовремя.

Маленькая женщина в черном хлопчатобумажном платье и капоре вошла в тесную комнату, оглядела ее и фыркнула.

— Боже милостивый! Я видела шкафы больше, чем эта комната.

Филаделфия улыбнулась:

— Охотно верю, но они, наверное, менее дорогие. Мне раньше никогда не приходило в голову, что можно снять комнату, похожую на шкаф.

Бывшая домоправительница Хантов решительно направилась к комоду и провела пальцем по его поверхности.

— Пыль! Где служанка, которая прибиралась здесь все эти дни? Я с ней разберусь, и она дважды подумает, прежде чем оставить комнату в беспорядке.

— Боюсь, что ее нет. Да и вообще ей нечего тут делать, разве что следить за моим траурным платьем.

Лицо маленькой женщины побледнело.

— О, мисс Филли, извините.

— Не огорчайся, Салли, — сказала Филаделфия с вымученной улыбкой. — Я послала за тобой, чтобы выплатить зарплату. Я позаботилась о других слугах до того, как освободить дом.

Салли фыркнула, вынула белый носовой платок и высморкалась.

— Кто бы мог подумать, что я доживу до такого дня. Я служила вашему отцу всю его жизнь. Если бы я могла, то работала бы на вас бесплатно.

Филаделфия подавила в себе желание обнять эту женщину. Минутная слабость — и она разразится потоком слез. С Гарри было гораздо легче иметь дело, так как ее злость мешала слезам. Она достала из кармана кошелек.

— Здесь все, что у меня есть, Салли, но я через месяц полностью рассчитаюсь с тобой.

— Но как же вы будете жить дальше?

— У меня имеются кое-какие планы, Салли. — Лицо пожилой женщины просияло.

— Вы собираетесь к вашему кузену в Сент-Луис?