Ей нужно принять то, что вчера ночью ее силой увезли из дома в этот странный мир, где она будет принадлежать человеку, которого помнила только по детским впечатлениям? Это нелепо. Абсурдно. Она не средневековая невеста!

— Нет, — ее руки дрожали. Кира отодвинулась от стола. — Ты ошибаешься, Кален Нури. Ошибаешься.

В спальне Кира свернулась клубочком в одном из мягких кресел. Она здесь не останется. Она не может здесь остаться.

Что же такого случилось в Бараке, что привело к борьбе между Каленом и ее отцом? И чем так опасен Ахмед Абизхаид, если шейх Нури не хочет видеть эти две семьи, соединенные союзом?

Кира знала, что ее отец терпеть не мог младшего принца Нури. Но из-за преданности султану он никогда не позволял себе высказать свои чувства. Однако из доклада, который девушка однажды обнаружила на письменном столе отца, она поняла, что за Каленом установлено наблюдение.

«Здесь кроется нечто большее, чем личная неприязнь», — подумала Кира. Но что именно?

Ей нужна новая информация. Кален, разумеется, ни о чем ей не расскажет. Но каким образом тогда все выяснить?

Спросить у отца? Или же довериться Калену? Постараться завоевать его доверие и заставить приоткрыть завесу тайны?

Пока она размышляла, раздался стук в дверь.

— Да? — отозвалась она.

— Открой дверь.

Это был Кален, Хозяин дома. Никто другой не мог бы приказать ей открыть дверь.

— Я сплю, — соврала она.

— Ты сидишь в комнате всего пятнадцать минут.

— Двадцать.

— Открой дверь.

— Я в кровати.

— Мне плевать.

Ну и нахал!

— Спокойной ночи, Кален.

— Открой дверь, Кира.

Он впервые назвал ее по имени. Не Кира Гордон и не Кира аль-Иссидри. Просто Кира. Девушку бросило в жар.

— Увидимся утром, — ее голос дрогнул. — Спокойной ночи.