Когда он подошел, она встала, кинула прощальное «Пока!» Бойду, снова говорившему по телефону, и направилась к двери.

Прикрывая ладонью трубку, он напомнил:

— Жду тебя здесь в шесть. Поужинаем в городе, а потом поедем домой.

Клер без особой радости кивнула.

— О'кей, — сказала она, помахала ему рукой и вышла.

День оказался долгим и утомительным. Пшибыльская припасла список на трех страницах — подарков, которыми она намеревалась осчастливить не только себя, но и каждого члена своей обширной семьи, а также — как заподозрила Клер, терпеливо водившая ее по разным отделам колоссального супермаркета, — всех друзей и соседей.

— Как вы полагаете, это подойдет моей внучатой племяннице? — спрашивала ее Пшибыльская, в твердой надежде получить ответ. И Клер такой ответ давала.

Она с огромным облегчением вздохнула, когда в половине шестого магазин закрылся. Проводив свою гостью в отель, она вернулась в офис к Бойду. Однако ей не суждено было расслабиться в этот вечер, ибо за ними в ресторан увязались сослуживцы Бойда, обоих полов, без умолку трещавшие во время еды.

К концу ужина Клер мечтала оказаться от них подальше. А они продолжали обсуждать животрепещущую тему — кого назначат на место Бойда, когда тот получит повышение. Конечно, его рекомендация будет иметь решающее значение, но сотрапезники слушали Бойда с таким вниманием не только из подхалимства. Он был в своем деле асом, и они с жадностью ловили каждое его слово.

— Если ты не вышел на прямую дорогу до тридцати, значит, надо подыскивать себе другое занятие, — вещал Бойд.

— Особенно если дорога ведет не туда, — вставила Клер.

Бойд посмотрел на нее, и рот его скривился в ухмылке.

— Сегодня моя жена перетрудилась для нашей компании, — сказал он, обращаясь ко всем присутствующим. — Я думаю, самое время отвезти ее домой.

— Ты, кажется, собираешься обвинить меня в срыве вечеринки? — раздраженно спросила его Клер, когда они вышли из ресторана и сели в машину.