— Я читаю «Космо», когда сижу в засаде.

Она сделала большой глоток, поставила стакан на каминную полку, скрестила на груди руки и, прислонившись к стене, уставилась на меня.

— Дерьмо собачье.

Я пожал плечами.

— Мы дружим с Эллен с тех самых пор, как наши дети ходили в детский сад. Она плачет у меня на плече. Я обнимаю ее и утешаю, когда с ней, едва началось утро, случается истерика. Я единственная, черт подери, подруга, которая у нее есть. — Еще одна затяжка и продолжительный глоток. — Вы не видели мешки у нее под глазами после бессонных ночей и не слышали тех ужасов, что она мне рассказывала.

— А вы все это видели и слышали. Я вами просто восхищен.

— Да ну вас.

— Проблема в том, что вы слишком сильно подталкиваете ее в спину. Эллен должна двигаться вперед по жизни со своей собственной скоростью, а не с вашей. Я говорю не о цели. Тут я полностью с вами согласен. Меня беспокоит выбранный вами путь. Ваш метод. Мне кажется, стараясь сделать Эллен сильной, вы делаете ее только слабее.

Она приподняла бровь.

— Господи боже мой! Какие мы нежные, какие чувствительные!

— Не забудьте еще про то, что я храбр и хорош собой.

Она обхватила себя руками, словно вдруг замерзла. Ну совсем как Эллен Лэнг вчера.

— Может быть, вы слишком близки, — сказал я. — Может быть, вы так близки и причиняете ей такую сильную боль, потому что вы знаете, как на нее отреагировали бы вы. Но Эллен вовсе не обязательно реагировать так же. Вы — не она.

— А вы не думали, что я была такой же?

Я покачал головой.

— Вы никогда не были Эллен Лэнг.

Она пару минут смотрела на меня, затем тоже пожала плечами.

— Я осталась одна, и мне пришлось несладко. Мной воспользовались. Меня бросили все мои подруги. Их мужья были деловыми партнерами Стэна. Они выбрали деньги.

— Но вы не оставите Эллен.

— Я буду помогать ей всем, чем смогу.