Изабелла медленно опустилась на стул. Что он сказал? Что случилось с ее опорой и защитником в этой чужой стране? Не может быть, чтобы он потерял единственный источник их существования. Не может быть. Наверное, он так шутит.

Бранд закрыл дверцу буфета, и, едва повернулся к ней опять, его лицо сказало ей все. В хорошем настроении он мог пошутить, но шутить насчет работы он не стал бы никогда.

Его отец тоже был летчиком, и младший Райдер вырос в аэропорту. Как-то он ей сказал, что никогда даже не помышлял о другой специальности. Снабжать всем необходимым людей, живущих в глуши, было не только его работой, но и его миссией в этой жизни. Маленькие самолеты, на которых он летал, — вот его первая и, скорее всего, единственная любовь. Изабелла знала, что он никогда не отказывался лететь, даже в плохую погоду, если людям нужна была его срочная помощь.

По собственной воле он ни за что не бросил бы работу. Он сам ей об этом сказал, когда она было заикнулась о том, что неплохо бы ему поискать себе работу на земле.

— Мэри никогда бы такого не сказала.

Да, Мэри не сказала бы. Но Мэри и не полетела бы с ним. А Изабелла полетела бы, но Бранд только посмеялся, когда она попросила взять ее с собой.

Сейчас он не смеялся. Сейчас он налил себе почти полный стакан виски.

— Бранд! Почему? Что ты сделал?

Бранд подвинул стул к стене, сел и вытянул ноги.

— Сделал? Ничего не сделал.

— Ой… Тогда почему…

Она вдруг почувствовала, что у нее отнимаются руки и ноги.

— Почему я не могу больше летать? Я бы тоже хотел это знать.

Он посмотрел на стакан, поморщился и переставил его на стол.

— Бранд, пожалуйста…

Он посмотрел на нее и уставился опять на стакан.