Играла грустная «Саунд оф Сайленс» Пола Саймона. Джейн нравились старые песни, подернутые грустью и запахом осени. Лиси, зная об этом, всегда ставила что-нибудь приятное для нежных ушек подруги. Наверное, за это Джейн и любит Лиси. Впрочем, эту златокудрую егозу невозможно не любить.
В то время как Джейн неуклюже перебирала ногами, Билли изо всех сил старался превратить это странное действо в танец. Но, обнимая Джейн, он чувствовал в ее движениях какую-то окаменелость, и у него даже возникло подозрение: не есть ли Джейн та самая кремниевая форма жизни – предмет споров современных ученых.
К облегчению Билли, песня наконец-то закончилась. Он поблагодарил Джейн за танец, и она понимающе улыбнулась в ответ.
– Брось, Билли, я знаю, что отвратительно танцую. Но ты – прекрасный партнер.
– Спасибо, Джейн, ты замечательная. И не слушай Лисичку. Ты же знаешь, она всегда говорит глупости.
– Как и положено блондинке, – кивнула Лисичка без тени возмущения на лице. Да, она не такая умная, как Джейн, но почему-то глаза Билли Торна прикованы именно к ней, а не к ее интеллектуальной подруге…
В кафе всего было слишком: людей, музыки, запахов. Джейн уныло побрела к столику, который зарезервировала для них Лисичка. Зачем она выбрала именно это модное кафе? Здесь Джейн чувствует себя, как бегемот в бассейне с рыбками. Она такая неповоротливая, сонная и утомленная, а люди вокруг такие веселые, полные энергии, словно у каждого внутри – парочка «энерджайзеров».
Лиси, как обычно, опаздывала. Джейн нервно поглядывала на часы, прикидывая, на сколько в этот раз опоздает Лиси. На двадцать минут? На полчаса? На час? Неужели нельзя заставить себя быть пунктуальной хотя бы раз в жизни? Это у нее называется «загадочностью». Чихала Джейн на такую загадочность. Если бы подобное позволил себе кто-нибудь из коллег, она бы устроила ему хорошую взбучку!
Заказав чашку кофе – официант бросил на нее взгляд, из которого Джейн сделала вывод, что приличнее было потребовать двойной виски, – она вытащила из сумки папку с работой Джеймса Ричтона, своего университетского коллеги, и принялась ее штудировать.