Розалия Палья, артистический псевдоним Кармен Росс, не смогла сдержать пронзительного крика: мужчина причинял ей адскую боль. Она ни за что не хотела кричать, ведь ее отчаяние доставляло садистскую радость чудовищу, совершавшему с ней безжалостный акт содомии. Она не хотела кричать, потому что, если честно, в это ужасное, отвратительное приключение она попала по собственной вине и теперь решила все вытерпеть достойно и молча, уплатив сполна за свое тщеславие, за страсть к успеху, за желание получить все и сразу. Конечно, если уж совсем-совсем честно, о том, что он сейчас делал, уговора не было, но когда принимаешь неизмеримо больше, чем можно было ожидать, торговаться уже бессмысленно.

Вот поэтому она и не хотела кричать, чтобы не доставить ему удовольствия и хоть чуть-чуть залатать жгучую рану позора, которого она никогда не забудет. Пытка, которой он подвергал ее тело, была невыносимой. Розалия Палья уже вытерпела молча много боли, но дикий крик, вырвавшийся из ее горла, не был криком раненого животного. Это был отчаянный вопль жестоко униженного человеческого существа.

– Давай погромче, шлюха! – прохрипел мужчина, продолжая раскачиваться в неумолимом ритме, как механический поршень. – Мне нравится слушать, как ты визжишь, тварь.

Всей своей стодесятикилограммовой тушей он навалился на ягодицы Розалии, казавшейся особенно маленькой, хрупкой и уязвимой в ту минуту, когда в ее беззащитное тело противоестественным путем проникал его огромный фаллос, чудовищное орудие, которое даже искушенные жрицы древнейшего ремесла принимали только за особую плату, со множеством предосторожностей, оговорив точные гарантии и в любом случае отказываясь удовлетворять его тем жутким способом, каким он сейчас овладел телом Розалии Палья.