Саша идет за ужином, Генка моется, а Башка сидит посереди комнаты и ноет:

— Ходжа, слышь. Ходжа! Посмотрим, что в дипломате!

— Иконы, — говорит Генка, выходя из ванной.

— Спорим, что книжки, — говорю я.

— Дай откроем!

— Зачем тебе?

— Ну, понимаешь, — мнется Генка, — на меня эти буддисты навели порчу. Ночью не сплю. Мне одна бабка в церкви посоветовала на иконы чаще глядеть.

— Нечего тебе в дипломат лезть, — возражаю я, — вон, иди вниз и покупай, сколько надо. Я там в холле киоск видел: лежит иконка Богоматери и даже написано: «Богоматерь Владимирская. Хорошо очищает прану».

— Это все не то, — говорит Генка, — мало ли на чем эти иконки напечатаны! Их, может быть, на таком оборудовании печатали, на котором раньше стряпали карманный справочник атеиста. Они так тебе прану очистят, что сразу в лапы бесам попадешь. А художник, который их рисовал, он, может, вообще к Белому дому в 1991-м ходил.

— А чего плохого? — говорю я. — Или он к Белому дому в 93-м должен был ходить?

— Никуда он не должен был ходить, — объясняет Генка, — истинный православный не должен иметь дела с сатанинским государством. В армии не должен служить, налогов не должен платить и к их должностям не иметь никакого отношения. Вот так живут праведные люди.

— Здорово, — говорю я, — прямо «синяки».

— Дурак ты, — говорит Башка, — а истинная икона, которая до раскола, она знаешь как помогает? Если от нее щепочку съешь, то ни один «калаш» тебя не возьмет.

— И вправду. Ходжа, — поддакивает сзади Генка, — открой ящик, не жлобствуй!

Ну, открыл я дипломат, ключа у меня не было, я булавкой поковырялся и открыл. В дипломате пять книжек, одна старее другой. Таких старых и на свалках-то не встретишь. Вовчик ухватился за книжку и стал смотреть. Аж язык высунул от усердия.

— Да ты вслух читай, — просит его Генка.

— Да тут по-английски.

— А вон Шариф у нас образованный, — говорит Генка.

Ого! Образованный! С третьего курса выперли, так уж и образованный!