Вместо этого нагрудный карман украшала черная перьевая ручка с золотым ободком, может даже и "Паркер". Когда старичок достал мягкий кожаный футляр, извлёк из него очки без оправы с золотой перемычкой между линзами и золотыми дужками, девушка поняла, что он — большая шишка и дело серьёзное. Поняла и, подавляя в себе внутреннюю дрожь, стала ждать приговора. Он неторопливо откашлялся и начал нести ахинею про расшифровку генома человека, хромосомное строение, наследственность и индивидуальность. Инна глядела на его ухоженные усы, приоткрывавшие при каждом слове щель зубов, неестественно белых, и мысленно считала до ста. На восемьдесят седьмой отметине он, наконец, выдал то, что явилось целью визита, кроме подготовительной прелюдии.

— У вас родился крепкий мальчик. Его лицевая патология никоим образом не отразилась на общем состоянии — вес, рост, рефлексы в норме.

— Что у него с лицом?

Седые усы приподнялись, отделившись от волосков на бороде и проредив рваную межу на подбородке.

— Инна Евгеньевна! По статистике незаращение верхней губы встречается у одного из двух с половиной тысяч новорожденных.

— К черту статистику! Вы хотите сказать, что у мальчика заячья губа? — перебила Инна, а про себя подумала: "Господи, ну почему я? За что из этих тысяч ты выбрал именно моё дитя?"

Профессор порылся в боковом кармане, извлёк белую капсулу, отправил в рот и пожевал губами. Он тоже не был рад своей миссии приносить дурные вести. Но ведь раньше у него получалось как-то успокаивать рожениц. В данном случае сделать это будет непросто.

— У вашего мальчика заячья губа, вы правы. Причем незаращение двустороннее, с выступающим межчелюстным отростком. Всё это операбельно и более-менее устранимо. Правда, не так скоро, как хотелось бы. Сначала ребёнку наложат шов на губу. Потом пластическая операция челюсти. Об этом подробней вам расскажет хирург. Главное — держите себя в руках, не надо отчаиваться.