Макси почувствовала, как к горлу подступает тошнота, она продолжала пятиться, подняв руки, словно пытаясь заслониться от него.

— Нет, нет… — слабо протестовала она.

— А я, несчастный идиот… несмотря на все это, меня влечет к вам! — Ангелос взмахнул руками, в ярости на нее и на себя. — Я не хотел покупать вас… а может быть, просто хотел сохранить видимость, что у нас все по-другому… что, поскольку наше влечение взаимно, вы со мной вовсе не из-за моего богатства!

Макси стояла как изваяние. Теперь она знала, что он о ней думает. Как будто случился взрыв и тысячи осколков вонзились в нее, заставляя обливаться кровью от каждого произнесенного им слова.

— Я никогда вам этого не прощу, — прошептала она. — Лиланд не был моим любовником. Мы заключили соглашение. Все это было лишь игрой…

Ангелос выругался по-гречески.

— Не принимайте меня за идиота.

Макси уставилась на него невидящим взглядом, презирая себя даже за попытку оправдаться. Этим она выдала свою слабость, словно ее и вправду волновало мнение этого заносчивого грека. Такое ее гордость вынести не могла.

— Держитесь от меня подальше теперь… Вы выбрали свой путь в жизни задолго до того, как мы встретились. Чего же вы ждали? — презрительно бросил он.

Из груди Макси вырвался похожий на рыдание смех, но она туг же замолчала, резко отвернувшись, чтобы он не увидел готовых политься слез.

— Только то, что обычно принято. — Вскинув голову, она тряхнула золотистыми волосами, ясный взгляд снова горел огнем. — Я лишь хочу вести обычную, нормальную жизнь, и однажды, когда все это будет уже позади, именно так и случится. Вы, Ангелос, мне и даром не нужны. Я бы ни за что не стала заниматься с вами любовью. Надеюсь, я выражаюсь достаточно ясно? Вам никогда не получить то, чего вы добиваетесь!

Ангелос смотрел на нее так, словно не мог отвести глаза, и ненавидел ее за это.