Размышляя наедине с самим собой, Николай Платонович признавал, что видеть и слышать молодого Минина для него испытание похуже зубной боли. Но, с другой стороны, человек он богатый. Багров знал его отца за человека с достатком, поэтому, не слушая разглагольствования самого Аркадия Дмитриевича, совершенно точно знал размеры его состояния. К тому же был он молод, не женат. Да и старый Минин, отец его, как-то говаривал, что не прочь бы породниться с соседушкой. Конечно, муж из Аркадия Дмитриевича хороший вряд ли выйдет, зело глуп и неразумен… Но, с другой стороны, умная женщина найдет свою выгоду в любом положении, ежели захочет.

Размышляя таким образом месяца три и ничего не говоря о том дочери, Николай Платонович решил выдать ее замуж за Аркадия Минина. Для того спервоначалу отправился он к соседу, Дмитрию Ивановичу Минину, переговорил с ним обо всем, заручился согласием и… И в тот же день ввечеру сказал дочери:

— Ну, Любовь Николаевна, готовься… Осенью замуж пойдешь. Я бы, конечно, так долго не тянул, да будущий твой свекор того желает. Говорит, подготовить надобно жилье для молодых, то да се… Впрочем, приданое тебе тоже надобно справить…

— Что? Замуж? А за кого? — Любава сидела против отца и спокойно, с затаенной насмешкою поглядывала на него.

Николай Платонович ничего такого не замечал, потому что, по обыкновению, на дочь не смотрел, а потому преспокойно продолжил:

— За Аркадия Дмитриевича Минина, соседа нашего. Помнишь, того, что зимой был у нас и гостил три дня.

— Что же, он руки моей просил? — спросила девушка.

— Нет. Зачем? Мы с отцом его все обговорили, да и будет с вас… Теперь хватит, ступай. Подумай, что тебе надобно будет, да насчет дня для венчания. Выбор за невестой, — равнодушно прибавил Багров.