Взрывающиеся яйца производят интереснейший эффект. Его удобнее всего наблюдать, поместив яйцо в микроволновку, но при взрыве, так сказать, на открытой местности принцип остается тем же. Просто отмывать труднее. Яйца ровным слоем сероватого цвета распределяются по любой плоской поверхности, до которой смогли долететь.

Шарлотта наморщила нос:

— М-да, интересный подход к кулинарии…

Филип ее уже не слушал. Путь дзен предписывает не сожалеть о том, что уже случилось, а Джонни пора вылезать.

— Эгей, Батискаф Джонни, нам пора подниматься наверх. На базу напали голодные спруты и слопали все запасы продовольствия, так что нам придется обратиться к дружественному племени апачей, чтобы они поделились с нами кореньями и лепешками…

— Слушаюсь, капитан… Ой, а кто это?

— Это? Это тетя одна.

— Фил! Писюн…

С этими словами Джонни торопливо нырнул обратно в ванну и затаился у бортика. Шарлотта ошеломленно переспросила:

— Я не ослышалась? Он сказал…

— Он сказал «писюн». Это не ругательство и не непристойность. Это обозначение того органа, которым мужчины…

— Я знаю… то есть понимаю, что это значит, я не понимаю почему…

Филип вздохнул и терпеливо объяснил:

— Вы женщина. Джонни мужчина. Вы стоите на пороге ванной, он голый. Это неприлично — показывать свой писюн незнакомым людям, тем более тетям.

— Бож-же мой… прости, малыш. Я совершила бестактность. Извини меня.

С этими словами Шарлотта торопливо прикрыла дверь ванной, оставив Филипа и Джонни наедине. Мальчик тут же вылез из порядком остывшей воды и завернулся в полотенце.

— Красивая. Такая… как конфета.

— Почему как конфета?

— Блестит и шуршит. Оберток много. Пахнет сладко.

Филип усмехнулся. Образный мир Джонни был богат и разнообразен. Иногда он ставил своего молодого дядюшку в тупик неожиданными сравнениями. Что ж, на этот раз все понятно. Шарлотта Артуа — чистая конфетка, только вот фиг ее надкусишь.