– Ждет в приемной.

– Через пять минут зайди, надо будет оформить приказ.

Заявление финансового директора об уходе с должности по состоянию здоровья президент подписал тут же, в присутствии заявителя, распорядившись, чтобы тот немедленно приступил к передаче дел преемнику, ожидавшему в предбаннике лебедевского кабинета. Перечень своих деяний Семен Львович получил при прощании как напоминание об «успешной» совместной работе.

– Оригиналы, надеюсь, для посторонних глаз недоступны?

– Надеюсь, это станет постоянной вашей проблемой.

Старик молчком направился к двери, взялся за латунную ручку, потянул на себя, вдруг застыл, потом резко развернулся и с перекошенным от злобы лицом прошипел:

– Ты еще пожалеешь об этом, сопляк! – хлопнул дверью и вышел.

Андрей Ильич долго отмывал после короткого общения руки, будто только что раздавил жирного таракана...

Остаток дня прошел спокойно, в обычном рабочем режиме. Позвонил с Бали Егорин, доложился о погоде, похвастал загаром, спросил об итоге разговора.

– Как и планировался, – ответил партнер.

– Отличная карта – джокер, правда, Андрюха?

– Поживем – увидим.

А вечером раздался еще звонок, и незнакомый женский голос пропел в ухо:

– Привет!

– Здравствуйте, это кто?

– Не узнаешь?

– Нет.

– А когда-то, Лебедев, мой голос был для тебя, как маяк в тумане, и ты несся на него, сметая с дороги доски и кирпичи.

– Танька! – развеселился бывший сокурсник. – Разве путь к маяку лежит через стройматериалы? Как ты меня нашла, рыжая?

– Во-первых, неприлично задавать даме подобные вопросы, а во-вторых, я давно не рыжая. Нынче я кошу всех мужиков блондинистой косой. А ты, Лебедев, не хочешь пасть к моим ногам?

– Давно мечтаю, дорогая блондинка.

– Правда? Я ведь доверчивая, таких обманывать грешно. Кто варится в девятом адовом круге, помнишь?